Последняя неделя мая прошла под знаком «смешанной» динамики на стальном и сырьевом рынках. С одной стороны, сохраняется геополитическая неопределённость после продолжающихся переговоров США и Ирана, с другой — вступают в силу сезонные факторы и усиливается протекционистская повестка.

США и Иран продлили прекращение огня на 60 дней и договорились о разминировании Ормуза и частичном снятии блокады. Для сырьевых рынков это пока не конец всех проблем, а лишь временное затишье. Сохраняется ценовая премия за риск, но вероятность внезапных перебоев с поставками снизилась. В стальной отрасли эти два месяца – шанс для компаний пересмотреть свою логистику, запасы и цены, пока не выяснилось, станет ли это перемирие долгим.

В странах Персидского залива этот конфликт показал глубокую зависимость от китайской стали, и одновременно – важность проходящих через регион маршрутов.

До конфликта Ближний Восток обеспечивал около 14% экспорта китайской стали, при этом на страны Персидского залива приходилось примерно 17% продаж китайского г/к рулона. Перекрытие Ормуза с 28 февраля почти остановило заход судов в Джебель Али, Абу Даби, Даммам и Хамад и вынудило перенаправлять навалочные грузы в Сохар, Салалу, Фуджейру, Джидду и Джизан, а контейнерный сортамент — в Хор Факкан.

Перестройка маршрутов резко увеличила спрэд между ценами FOB Китай и конечной стоимостью в странах Залива: г/к рулон подорожал с $460–465 за тонну до $510 за тонну, фрахт в Фуджейру и Сохар вырос с $35–40 до $70–90 за тонну. Внутрирегиональные транспортные расходы также значительно возросли. Стоимость доставки внутри ОАЭ выросла с $8–11 до $27 за тонну при завозе через Фуджейру, и до $68 за тонну при завозе через Сохар. При этом маршруты через Джидду и Джизан, стоимость которых достигла $120–170 за тонну, стали экономически неоправданными.

В результате цены на рынке резко выросли: в ОАЭ трейдеры подняли стоимость горячекатаного проката с $520 до $750 за тонну. Но потом спрос упал, проекты отложили, и цены снизились до $670–680 за тонну. Причем именно китайские экспортеры и перевозчики быстрее всех приспособились: они меняли маршруты, переоформляли документы и частично оплачивали портовые сборы. Другие же поставщики – из Японии, Индии и Южной Кореи – в основном прекратили поставки. Сегмент китайской заготовки показал особую устойчивость: в апреле бронирования поставок заготовки в ОАЭ, Саудовскую Аравию и Иорданию достигали около 250 тыс. т по $525–536 за тонну CFR.

Ормузский кризис также усиливает давление на Европу, где Китай одновременно сталкивается с новыми барьерами и укрепляет свои позиции. ЕС готовится ввести жесткие меры против избыточного производства стали в Китае, а Пекин пытается смягчить эти ограничения и не потерять экспорт. Одновременно, через госкомпанию CMRG, Китай добивается уступок от поставщиков руды и переводит расчеты на юани. Это смещает баланс прибыли в цепочке «руда — сталь» в пользу Китая и дает ему больше возможностей для гибкой ценовой политики на Ближнем Востоке и в Европе.

Цены на стальную продукцию в самом Китае на прошлой неделе показывали ощутимые «качели»: после проседания в середине недели далее они почти восстановили позиции. Шанхайские фьючерсы на арматуру подешевели на 1,3% до $453 за тонну, а контракты на горячекатаную сталь прибавили 1% до $498. Основной для металлургов внутренний спрос Китая на стальную продукцию – не показал никакого оживления.

Рост Сводного индекса цен металлоторговли MetalTorg.Ru в России за прошедшую неделю явно ускорился. Он составил 9,22 пункта (1,13%). Восемь из десяти видов продукции, входящей в индекс, были в плюсе. Самым заметным был рост цен у уголка (+3,74%) до 57 195 рублей за тонну. Арматура и швеллер так же заметно прибавили: +3,07% до 57 589 рублей и +2,14% до 56 911 рублей соответственно. Холоднокатаные рулоны и оцинковка потеряли около 0,4% за неделю.

Стоит отметить, что рост цен наблюдался также и на экспорте: арматура и катанка подорожали примерно на 1,4% за неделю, г/к рулоны – на 0,5%, толстый лист – на 0,8%. Это явно поддерживает активность наших экспортеров, но крепкий рубль сдерживает привлекательность внешних рынков. В результате ситуация разнородна. Апрельские поставки стали через Туапсинский торговый порт (ТМТП) выросли на 5% к марту до 332 тыс. тонн, но упали на 4,7% в годовом сравнении. Через порт Новороссийск (НМТП) объёмы выросли на 2,5% к марту, но при этом остались на 21% ниже прошлогоднего уровня. В порт Санкт-Петербург ж/д отгрузки черных металлов в апреле упали в 1,9 раза к марту и на 25% к прошлому году, тогда как через Находку такие же поставки выросли на 4% к предыдущему месяцу, но остаются на 16% ниже г/г. Структура нашего экспорта всё больше смещается в сторону стальных полуфабрикатов и чугуна.

Российская черная металлургия во втором квартале 2026 года продолжает работать в режиме структурного охлаждения: средняя загрузка мощностей опустилась до 64% на фоне падения спроса и усиления конкуренции с импортом. По информации начальника управления маркетинга и аналитики ПАО «Северсталь» Екатерины Головановой, емкость рынка строительного проката после завершения льготной ипотеки сократилась примерно на 10%, машиностроение по итогам 2025 года потеряло около 30% потребления, нефтегазовый сектор показал сопоставимое падение и в начале 2026 года дополнительно снизил закупки более чем на 20% из-за переноса сроков завершения проектов.

При этом автопром, несмотря на менее глубокое сокращение производства (около 13%), всё ещё не может выступать в качестве надежного «якоря» из-за низкой локализации и высокой доли импортных компонентов. Дополнительное давление создаёт импорт: иностранные поставщики убавили у российских производителей примерно 500 тыс. т металлопродукции, из которых до 300 тыс. тонн приходится на рост поставок китайских металлоконструкций и метизов.

Статистика Росстата подтверждает системный характер спада по всей производственной цепочке. В апреле 2026 года металлургическое производство в целом сократилось на 9,2% год к году и на 8,7% к марту, а по итогам первых четырёх месяцев снижение достигло около 9,9%. Выплавка чугуна за январь–апрель упала на 6,6%, производство нелегированной стали — на 8,7%, легированной — почти на 20%, выпуск готового проката — на 9,2%, а стальных труб и профилей — на 26% по сравнению с прошлым годом. На этом фоне добыча коксующегося угля выросла на 2%, до 35,5 млн т, что подчёркивает усиление экспортных поставок не только полуфабрикатов, но и металлургического сырья.

Неуверенность в спросе и прибыльности сказывается на текущих решениях металлургических компаний. Отказ НЛМК от выплаты дивидендов по итогам 2025 года, несмотря на прибыль в 63,1 млрд рублей, показывает смещение приоритетов в пользу сохранения ликвидности, обслуживания долга и гибкости в условиях санкций. По сути, крупные игроки готовятся к длительному периоду слабого внутреннего спроса и нестабильных экспортных каналов, резервируя свободный денежный поток под операционную устойчивость.

При этом внутренний спрос становится все менее однородным. В автосекторе железнодорожная статистика фиксирует разнонаправленные тренды: «Лада Ижевск» нарастила завоз стального проката в январе–апреле примерно на 44% год к году, тогда как Ульяновский автозавод и «Автомобильный завод «Урал» остаются на 20–30% ниже прошлогодних и среднеисторических уровней. Судостроительные площадки, напротив, демонстрируют опережающий рост: «Балтийский завод», «Севмаш» и ССК «Звезда» кратно увеличили железнодорожные поставки стали относительно 2025 года, причём у «Звезды» завоз за первые четыре месяца вырос более чем в восемь раз. Это делает судостроение одним из немногих устойчивых «островков» спроса.

В краткосрочной перспективе нашим металлургам явно предстоит конкурировать с импортом, в том числе с китайским, и пытаться удержать позиции на внешних рынках, используя более выгодную логистику. В более отдаленном будущем главный риск – хронически недозагруженные мощности в строительном и трубном сегментах металлопродукции. Это потребует жесткой консолидации активов, оптимизации производства и переориентации на госзаказ или долгосрочные внешние контракты.

Источник: Аналитическая группа MetalTorg.Ru