Оживление на рынках после рождественских и новогодних праздников быстро сменилось напряжением: торговая политика США при Трампе стала крайне протекционистской, вызывая нервозность в мире. Котировки металлов уже зачастую диктуются не спросом, а введением новых пошлин и ответными шагами партнеров.
Прошедшая неделя сопровождалась ростом цен стального проката, произведенного в Китае. Шанхайские фьючерсы на
горячекатаную рулонную сталь прибавили 1,72% до $473 за тонну, а на
арматуру – 1,58% до $450 за тонну.
Оглядываясь на 2025 год, следует отметить, что он завершился сочетанием рекордного спроса на сырье и все более осторожного взгляда на перспективы экономики КНР, включая металлургию. На фоне снижения стального производства импорт железной руды в страну достиг исторического максимума в 1,26 млрд тонн, что отражает сокращение объемов и качества собственного сырья.
Железорудная статистика подчеркивает, что китайские импортеры с конца 2022 года сознательно держат запасы на минимальном уровне, высвобождая оборотный капитал в условиях давления на денежные потоки. В декабре 2025 года импорт руды подскочил сразу на 8,2% к предыдущему месяцу, до 119,65 млн тонн, что стало самым высоким месячным показателем прошедшего года. Дополнительным фактором выступают тревоги в вопросе достаточности глобального предложения: по оценке Horizon Insights, в 2026 году спрос и мировые поставки железной руды вырастут на 2,5%, причем экспорт в Китай увеличится еще на 36–38 млн тонн.
При этом Китай остается абсолютным лидером среди экспортеров готового стального проката. В декабре поставки за рубеж достигли 11,301 млн тонн, что на 13,2% выше, чем месяцем ранее, и на 16,1% больше, чем год назад. При этом импорт проката составил незначительные 517 тыс. тонн. По итогам 2025 года экспорт готового китайского проката составил 119,02 млн тонн, показав рост на 7,5% год к году, тогда как импорт сократился до 6,059 млн тонн, потеряв 11,1% по сравнению с 2024 годом.
Макроэкономический фон в Китае при этом остается неоднозначным. Слабые кредитные данные и снижение объема новых банковских займов до 7 месячного минимума указывают на осторожность заемщиков и продолжение затяжного спада в строительном секторе, который традиционно является одним из основных потребителей стали. Народный банк Китая предпочитает точечные меры – снижение ставок для отдельных отраслей вместо классического сокращения ключевой ставки. В результате консенсус прогнозы предполагают замедление экономического роста страны до 4,5% в 2026 году с сохранением близких темпов и в 2027 м, что означает для сталелитейной отрасли продолжение ориентации на экспорт при необходимости учитывать возрастающие торговые барьеры на внешних рынках. На этом фоне новые решения крупных импортеров, таких как Мексика и Индия, по введению и продлению защитных мер против китайской продукции выглядят весьма логичными.
Первая рабочая неделя в России после затяжных новогодних праздников была отмечена ростом оптимизма на рынке стальной продукции. Но вероятнее всего – учетом прироста НДС с 20% до 22% с 1 января 2026 года.
Сводный индекс цен металлоторговли MetalTorg.Ru прибавил 2,28 пункта (+0,29%). Девять из десяти видов стальной продукции, входящих в индекс, выросли в цене. Лидером роста была арматура, подорожавшая на 0,52% до 48 485 рублей за тонну, а едва подешевели лишь водогазопроводные трубы строительного назначения – на 0,02% до 56 368 рублей.
Российский рынок стали завершил 2025 год в условиях заметного снижения производства и внутреннего спроса, при этом часть объемов была переориентирована на экспорт. На статистике РЖД это отразилось в падении завоза стальной продукции по ключевым регионам и отраслям и снижении внутренних отгрузок до минимальных уровней за десятилетие, тогда как экспортные поставки полуфабрикатов и чугуна продемонстрировали рост.
По предварительным оценкам корпорации «Чермет», выпуск стали в России в 2025 году сократился на 4,6%, до 67,4 млн тонн, тогда как производство чугуна уменьшилось на 1,4%, до 50,3 млн тонн. Готового проката за год произведено 59,1 млн тонн, что на 4,4% меньше, чем в 2024 м, а в декабре его выпуск составил лишь 5,1 млн тонн, то есть на 2,6% ниже уровня конца предыдущего года. Наиболее сильное проседание отмечено в трубном сегменте: производство стальных труб за 2025 год снизилось на 20%, до 10 млн тонн, а в декабре упало сразу на 27,8%, до 0,7 млн тонн, что отражает ослабление инвестиционной активности в инфраструктуре и сырьевом секторе.
Падение потребления стали отчетливо видно в железнодорожной статистике по регионам. В Санкт Петербург в 2025 году было завезено 0,74 млн тонн строительного проката и труб, что на 21% ниже уровня 2024 года и примерно на столько же ниже среднего за предыдущее десятилетие; при этом на долю города пришлось 4,4% завоза соответствующей продукции по России в целом. Новосибирская область получила 0,9 млн тонн (минус 13% к 2024 году), занимая 5,4% завоза строительного проката по РФ. В Свердловской области ж/д завоз за год сократился на 29%, до 1,09 млн тонн, что уже на 37% ниже средних уровней за десятилетие; регион обеспечил 6,5% спроса по стране.
Московский регион в 2025 году сохранил статус крупнейшего центра ж/д завоза стальной продукции по стране. Объемы поставок по сети РЖД здесь снизились на 22%, до 2,39 млн тонн, что в среднем на 35% ниже значений за последние 10 лет; на регион пришлось 14% ж/д завоза соответствующей продукции по России, а декабрьские объемы в 190 тыс. тонн были на 17% ниже уровня конца 2024-го при умеренном месячном росте. Тюменская область, в свою очередь, выступает ключевым трубным регионом: годовой завоз стальной продукции составил 2,11 млн тонн (минус 16% к 2024 году), причем 92% поставок приходилось на стальные трубы преимущественно российского производства; доля региона в целом по РФ составила 13%.
Снижение внутреннего спроса по отраслям выглядит масштабным и носит структурный характер. Поставки стальной продукции строительного назначения в торговые сети и напрямую основным организациям стройкомплекса (включая подрядчиков ТЭК) в 2025 году упали на 23% к 2024-му. Почти половину (49%) объемов занимал сортовой прокат, включая арматуру, завоз которого сократился на 21%, поставки катанки уменьшились на 10%, кровельной стали - на 32%, а стальных труб - на 26%. Нефтегазовый комплекс за год сократил ж/д завоз черных металлов на 25%, до 2,77 млн тонн, что примерно на 40% ниже средних уровней предыдущих десяти лет, а предприятия ж/д машиностроения снизили закупки на 25,5%, до 820,7 тыс. тонн (минус 27% к долгосрочным значениям).
Производители металлоконструкций также уменьшили объемы закупок: в 2025 году ж/д завоз стального проката на крупнейшие заводы этого сегмента снизился на 10%, до 446,4 тыс. тонн, что примерно на 31% ниже средних показателей за десятилетие.
Наиболее резкое падение спроса отмечено в автопроме: ж/д завоз черных металлов на крупнейшие автомобильные холдинги за год сократился в 1,7 раза, до 634 тыс. тонн, что в среднем в 1,6 раза ниже уровня предыдущих 10 лет и отражает слабую загрузку мощностей и сжатие производства. Так, еще в декабре 2025 года АвтоВАЗ сообщал о сокращении выпуска автомобилей на 38%, до 325 тыс. штук в 2025 году, а «Автостат» на прошлой неделе сообщил о падении продаж продукции автозавода за тот же период на 24,4%, до 329,9 тыс. штук.
Металлоторговля стала одним из наиболее чувствительных индикаторов спада. В 2025 году ж/д завоз стальной продукции (прокат и трубы) на базы основных российских торговых предприятий и сетей составил 8,56 млн тонн, что на 18% ниже уровня 2024-го и соответствует минимуму за последнее десятилетие. В декабре завоз достиг 680 тыс. тонн, показав снижение на 22% в годовом выражении при символическом месячном росте. В целом, по статистике РЖД, отгрузки стальной продукции российскими металлургами отечественным потребителям в 2025 году составили 28,9 млн тонн, что на 24% меньше, чем годом ранее, и стало минимальным значением за 10 лет. Декабрьские отгрузки снизились до 2,17 млн тонн, на 28% ниже уровня декабря 2024-го.
На фоне столь резкого сжатия внутреннего рынка компании усилили экспортную активность. Железнодорожные экспортные отгрузки стальных полуфабрикатов в 2025 году выросли на 9%, до 12,91 млн тонн, оставаясь при этом в среднем на 4,2% ниже показателей предыдущих 10 лет. Основными поставщиками являлись НЛМК, ОЭМК и ЕВРАЗ, а конечными получателями - Турция, Мексика, ОАЭ и Бельгия. Экспорт чугуна увеличился на 5,2%, до 2,84 млн тонн, хотя этот объем все еще на 2,5% ниже уровня 2023 года. Здесь основные отгрузки приходились на «Уральскую сталь», НЛМК и ЕВРАЗ, а среди покупателей преобладали Италия, Бельгия, Тайвань, Турция и Мексика. В целом экспортные ж/д отгрузки стальной продукции за год достигли 17,14 млн тонн, что на 10% превышает результат 2024-го, но в среднем почти на треть меньше долгосрочных значений, что позволяет лишь частично компенсировать провал внутреннего спроса.
Ситуация в корпоративном секторе отражает сложную адаптацию к новым рыночным условиям и рост рисков. «Северсталь» выставила на продажу производственную базу в поселке Солнечный Сургутского района ХМАО, где ранее планировалось строительство трубного завода для нефтяной отрасли: в состав лота входят производственный цех, склад, офисный корпус, железнодорожные тупики и недостроенные здания, а стартовая цена заявлена на уровне 269,5 млн рублей.
На стыке металлоторговли и девелопмента обостряются платежные проблемы. К примеру воронежский поставщик металлопроката «Анэп Металл Воронеж» подал в арбитражный суд Москвы заявление о банкротстве строительной компании «Элком» из за задолженности порядка 9,5 млн рублей за поставленный, но не оплаченный товар, что подчеркивает рост кредитных рисков в строительном сегменте.
Совокупность этих факторов формирует для российского стального рынка картину глубокой структурной коррекции: производство сокращается, внутреннее потребление и ж/д отгрузки снизились до минимумов за десятилетие, региональные и отраслевые завозы оказываются значительно ниже средне- и долгосрочных уровней. Поэтому компании смещают акцент в сторону экспорта чугуна и полуфабрикатов и точечной ревизии считаных инвестиционных проектов. На этом фоне отрасль входит в 2026 год с осторожным настроем, делая ставку на внешние рынки и регуляторную поддержку при слабых перспективах быстрого восстановления внутреннего спроса.